Помощь Украине: щедрость и расчет

Эстония снова в числе самых активных сторонников Украины – и это давно не только про мораль. В условиях, когда Европа выстраивает долгую финансовую линию поддержки, у нас неизбежно возникает вопрос: где предел «передовой щедрости», если страна только выходит из рецессии, а бюджет и так под давлением.

В новом тексте разбираю, почему помощь Украине для Эстонии одновременно является вкладом в собственную безопасность и может частично возвращаться в экономику – через заказы, технологии и рост оборонного сектора. Но есть и вторая сторона: война начинает работать как витрина и даже как бизнес-модель для депрессивных регионов.

Что будет, когда война закончится или напряженность в Европе снизится? Сможем ли мы превратить оборонный рывок в устойчивые компетенции двойного назначения, чтобы не остаться с пузырем и бюджетной инерцией? 

Читать в «МК-Эстония»

Промышленность стран Балтии в 2025 вернулась к росту: лидер – Латвия

В 2025 году обрабатывающая промышленность в странах Балтии вернулась к росту, но темпы заметно разошлись. Как сообщают статстические ведомства трёх государств, в Литве выпуск продукции увеличился на 2,9% (а без учета нефтепереработки – на 3,3%), в Эстонии – на 3,1%, в Латвии – на 5,5% (все оценки – в сопоставимых ценах и с корректировкой на число рабочих дней). 

Главное общее объяснение – улучшение конъюнктуры по сравнению с 2024 годом: нормализация части издержек на энергию, завершение «инвентарного» спада у производителей и более устойчивый спрос на отдельных рынках ЕС. Разница в результатах во многом отражает структуру промышленности и эффект базы.

Латвия выиграла от более широкого восстановления в традиционных экспортных отраслях и от низкой базы предыдущего года. Эстония росла слабее Латвии на фоне осторожного спроса в Северной Европе и высокой зависимости ряда производств от цикла строительства, хотя в конце года динамика стала устойчивее. Литва показала «серединный» результат: заметный вклад дали высокотехнологичные производства (в статистике отдельно выделяется рост выпуска компьютерной, электронной и оптической продукции), а нефтепереработка добавляла волатильности — поэтому показатель часто считают и без нее.  

В 2026 году ключевыми факторами для региона останутся внешний спрос, процентные ставки и энергетические издержки – то есть все, что определяет инвестиции и экспорт в малых открытых экономиках.

Зеленый вакуум

Когда счет за электричество вдруг становится темой недели, мы обычно ищем простые объяснения: погода, рынок, «так сложилось». Но в какой-то момент возникает ощущение, что дело не в случайности – слишком многое повторяется, слишком многое зависит от факторов, на которые мы здесь почти не влияем.

В этой колонке я предлагаю посмотреть на энергетику не как на набор технических деталей, а как на историю управляемости: где у страны есть рычаги, а где их давно нет; что мы считаем стратегией – и что на самом деле работает вместо нее; почему одни решения откладываются годами, а расплачиваться приходится быстро и без права на паузу.

Это не про «тарифы» и не про спор, какая генерация «правильная». Это про то, что означает суверенитет в самой бытовой вещи – в розетке.

Читать в «МК-Эстония»

Эстония: заводы уходят к соседям

Эстония любит говорить о себе как о цифровом лидере – и часто ведет себя так, будто этого достаточно для долгого экономического успеха. Но индустриальные инвестиции приходят не туда, где красивее легенда о стартапах, а туда, где меньше трения: быстрее решения, понятнее правила, надежнее инфраструктура, проще подключение к сетям и яснее энергетические условия.

Литва эту логику давно приняла и действует как профессиональный «приземлитель» промышленных проектов. Эстония же все еще слишком часто надеется, что рынок все сделает сам – и в итоге проигрывает в конкуренции за заводы и сборочные линии. Показательные случаи находятся рядом: норвежская Stansefabrikken, рассматривая площадку в Балтии, выбрала Литву, а знаковый проект Fibenol ушел в Латвию, хотя мог бы оказаться и у нас.

Рассказываю о том, почему «общих условий» для промышленности уже недостаточно и что на самом деле означает современная индустриальная политика: не лозунги и не плановая экономика, а сервис для инвестора – скорость процедур, готовые площадки, сети, кадры и предсказуемые правила игры.

Читать в «Деловых ведомостях»

Металлообработка Балтии: невидимый фундамент промышленности

Новый выпуск большого цикла об обрабатывающей промышленности стран Балтии на этот раз посвящен металлургии и металлообработке. Это одна из самых «невидимых» отраслей экономики, без которой, однако, не существует ни машиностроения, ни крупного строительства, ни современной инженерной инфраструктуры. Именно здесь формируется технологический фундамент промышленности, о котором редко говорят в публичных дискуссиях.

В выпуске показано, что на самом деле представляет собой металлургия стран Балтии сегодня, почему в регионе почти отсутствует классическая черная металлургия и почему это не означает деиндустриализацию. Основной акцент сделан на металлообработке как самостоятельном и структурно важном секторе. Для корректного сравнения используется статистическое ядро отрасли – NACE C25, позволяющее сопоставить оборот, занятость и эффективность в Эстонии, Латвии и Литве.

Отдельное внимание уделено экспорту, роли внешнего рынка и структурным различиям между странами, а также конкретным предприятиям, которые наглядно показывают масштаб и разнообразие металлообработки региона.

Видео впервые было опубликовано 8-го января для платных подписчиков

на YouTube и Patreon.