Машиностроение Балтии. Часть 1

Вышла первая серия большого обзора машиностроения стран Балтии. Это вводная часть, где я сначала задаю рамку по статистике: как устроена отрасль, почему она так важна для региона и как вообще правильно читать промышленные показатели, чтобы не попасть в ловушку поверхностных выводов.

Дальше – первые примеры предприятий: то, что относится к общему машиностроению и электротехническому направлению. Это не самый громкий и не самый медийный сегмент, но именно он формирует индустриальный фундамент: оборудование, компоненты, силовая электротехника и все то, без чего не работает ни транспорт, ни электроника.

Серия открывает цикл и подготавливает почву для следующих выпусков, где будет еще больше конкретики и ярких примеров по Эстонии, Латвии и Литве.

Видео впервые было опубликовано 21-го февраля для платных подписчиков

на YouTube и Patreon.

Квоты CO₂ и цена электричества: почему Эстония уязвима

Европейская система торговли квотами на CO₂ снова стала темой для эстонской повестки – слишком уж заметно ее влияние на себестоимость электроэнергии и на решения в энергетике. Под разговоры о том, что ETS нужно сделать «более прогнозируемой», легко спрятать совсем разные ожидания: от понятных правил до желания просто «снизить цену».

В этом тексте я разбираю, почему для Эстонии слово «прогнозируемость» звучит особенно остро, и как связка 2018–2019 годов показала уязвимость нашей генерации к политическим изменениям в дизайне ETS. А главное – почему попытка «чинить» цену вручную может оказаться не лекарством, а новым источником риска.

Читать в «Деловых ведомостях»

В Эстонии построен большой причал

Многофункциональный причал в Южном порту Палдиски. ФОТО: Tallinna Sadam

В то время как в России и Белоруссии пропаганда долдонит об упадке портов стран Балтии без восточного транзита, как сообщает ERR, в эстонском Палдиски построен большой многофункциональный причал стоимостью 64 млн евро, способный принимать крупногабаритные грузы (компоненты ветряных турбин, тяжелую военную технику и т.д.).

Помощь Украине: щедрость и расчет

Эстония снова в числе самых активных сторонников Украины – и это давно не только про мораль. В условиях, когда Европа выстраивает долгую финансовую линию поддержки, у нас неизбежно возникает вопрос: где предел «передовой щедрости», если страна только выходит из рецессии, а бюджет и так под давлением.

В новом тексте разбираю, почему помощь Украине для Эстонии одновременно является вкладом в собственную безопасность и может частично возвращаться в экономику – через заказы, технологии и рост оборонного сектора. Но есть и вторая сторона: война начинает работать как витрина и даже как бизнес-модель для депрессивных регионов.

Что будет, когда война закончится или напряженность в Европе снизится? Сможем ли мы превратить оборонный рывок в устойчивые компетенции двойного назначения, чтобы не остаться с пузырем и бюджетной инерцией? 

Читать в «МК-Эстония»

Промышленность стран Балтии в 2025 вернулась к росту: лидер – Латвия

В 2025 году обрабатывающая промышленность в странах Балтии вернулась к росту, но темпы заметно разошлись. Как сообщают статстические ведомства трёх государств, в Литве выпуск продукции увеличился на 2,9% (а без учета нефтепереработки – на 3,3%), в Эстонии – на 3,1%, в Латвии – на 5,5% (все оценки – в сопоставимых ценах и с корректировкой на число рабочих дней). 

Главное общее объяснение – улучшение конъюнктуры по сравнению с 2024 годом: нормализация части издержек на энергию, завершение «инвентарного» спада у производителей и более устойчивый спрос на отдельных рынках ЕС. Разница в результатах во многом отражает структуру промышленности и эффект базы.

Латвия выиграла от более широкого восстановления в традиционных экспортных отраслях и от низкой базы предыдущего года. Эстония росла слабее Латвии на фоне осторожного спроса в Северной Европе и высокой зависимости ряда производств от цикла строительства, хотя в конце года динамика стала устойчивее. Литва показала «серединный» результат: заметный вклад дали высокотехнологичные производства (в статистике отдельно выделяется рост выпуска компьютерной, электронной и оптической продукции), а нефтепереработка добавляла волатильности — поэтому показатель часто считают и без нее.  

В 2026 году ключевыми факторами для региона останутся внешний спрос, процентные ставки и энергетические издержки – то есть все, что определяет инвестиции и экспорт в малых открытых экономиках.